24 июля 2011 г. исполняется 100 лет со дня рождения О. И. Скороходовой (1911–1982), тифлосурдопедагога, кандидата педагогических наук.


Ольга Ивановна Скороходова родилась 24 июля 1911 г. в селе Белозерка Херсонского уезда Херсонской губернии. Мать батрачила в семье священника, а отец в начале первой мировой войны был призван в армию, откуда в семью не вернулся.
Существует некоторая путаница с датами ее рождения, на которую, возможно, и не стоило бы обращать внимание, если бы речь шла не о возрасте, в каком ребенок потерял слух и зрение. Во всех работах, и самой Скороходовой, и ее учителя Соколянского, указано, что она родилась 24 июля 1914 г., в пять лет заболела менингитом, после чего потеряла полностью зрение и слух на левое ухо, слух с правой стороны снижался постепенно.
По словам самой Ольги Ивановны, болезнь долго напоминала о себе частыми и сильными головными болями, нарушениями памяти, высокой утомляемостью, страхами. Мать Ольги Ивановны умерла весной 1922 г. от туберкулеза, отец жил в другом месте и не давал о себе знать, а нормальные контакты с родственниками были осложнены из–за слепоглухоты девочки и возобновились значительно позднее. Сама Ольга Скороходова отличалась очень невысоким, даже маленьким ростом и грациозным телосложением, поэтому всегда выглядела моложе своих лет.
После ее смерти нашлись подлинники документов о ее рождении (выписки из церковной книги), и был уточнен год ее рождения. Стало известно, что родилась она в 1911 г., и, если заболела в 1919 г., то ей было 8 лет, когда она совсем потеряла зрение и начала постепенно терять слух. Примерно до 11–13 лет слышала громкую речь на правое ухо, но к 14 годам совсем оглохла.
Вот как описывала впоследствии Ольга Ивановна свое состояние после болезни: "Однако, несмотря на это смутное понимание состояния, в котором я находилась, я также смутно продолжала надеяться на тот "прекрасный миг", в который я снова все увижу и услышу...".
"...Оттого, что я не ощущала рядом с собой людей, не осматривала того, что меня окружало, мне представлялось, что люди и все предметы находятся от меня далеко, – гораздо дальше, чем это бывало в действительности..."
"...Мое одиночество способствовало развитию весьма необузданной фантазии... когда я долго не видела мать, думала, что с ней могут произойти какие–нибудь превращения, ведь случилось же со мной что–то, лишившее меня зрения и слуха... Мне начинало казаться, что у матери вдруг исчезли ноги, а вместо рук выросли крылья. Она летает над нашим домом, но не может придти ко мне..."
"Когда я осознала себя "не такой", то есть, поняла, что я слепая и почти глухая, у меня появилось смутное представление о каком–то, как я теперь могу определить, огромном чудовище. И оно никому не видимое, никем не слышимое, не осязаемое, тем не менее, неотступно следовало за мной всюду.
Мне представлялось (особенно, когда я оставалась одна), что я всегда "ощущаю" дыхание этого "чудовища" и поэтому знаю о его "присутствии". И даже во сне я его "видела" весьма часто: оно было похоже на громадного – больше лошади – ежа, с короткими толстыми лапами, с такой же по форме, как у ежа, головой, только большой; но покрыто оно было не колючими иглами, а густой грубой шерстью. И казалось мне, что именно это "чудовище" откуда–то принесло мне болезнь, а потом отняло у меня зрение и слух..."
Когда оставалась одна, мать уходила, то страшное "чудовище", которое преследовало меня в начале моей слепоты, теперь стало еще страшнее, еще огромнее в моем представлении. В том отчаянном состоянии, в котором я бывала в отсутствие матери, не в меру разыгравшееся воображение рисовало мне ужасную картину: "чудовище" вползало в хату через чердак и тихо, медленно двигалось ко мне... От неописуемого страха я вся покрывалась испариной, а по голове и спине "бегали мурашки...".
После смерти матери девочка некоторое время жила в семьях родственников, и, наконец, один из них отвез ее в Школу слепых города Одессы. Это были голодные годы сразу после окончания Гражданской войны; школа помогла девочке выжить. Ее даже отправляли на лечение в санаторий, откуда она сбежала снова в школу, так как в санатории с ней совсем никто не общался. Заниматься со слепоглухой девочкой индивидуально в школе слепых никто не умел, а присутствовать в классе было бесполезно, поскольку она совсем не слышала, что говорит учитель. Как вспоминала потом Ольга Ивановна, школу слепых постоянно переводили из одного помещения в другое, не хватало технического персонала, и слепые дети все старались делать сами.
Вместе с окончательной потерей слуха появились и вестибулярные нарушения: Ольге стало трудно ходить, у нее часто кружилась голова. Окружающие же продолжали громко говорить ей на ухо, а она только ощущала их дыхание, не слыша никаких звуков. О девочке сообщили в Харьков профессору Ивану Афанасьевичу Соколянскому, и в начале 1925 г. ее привезли в Школу–клинику слепоглухих, которую он только что организовал в этом городе при школе слепых. После того, как девочка освоилась в новой обстановке и привыкла к хорошо организованной жизни в новой школе, И.А. Соколянский приступил к восстановлению устной речи Ольги, нарушенной после утраты слуха.
По воспоминаниям Ольги Ивановны, "в этом учреждении все было настолько благоустроено, настолько соответствовало в материальном и бытовом отношении своему прямому назначению, что желать лучшего едва ли было возможно, тем более что воспитанников было не так много – от пяти до девяти человек. У каждого воспитанника на все случаи было свое определенное отдельное место, чтобы не мешать друг другу во время занятий с педагогом, во время самостоятельных игр. В то же время была и общая комната для совместных игр, гимнастических упражнений и других развлечений. В клинике был специальный благоустроенный сад, в котором слепоглухонемые дети могли гулять и в одиночку и группой. В саду были огороженные клумбы, газоны, дорожки и площадка для групповых игр. Летом в саду развешивались гамаки, устанавливались деревянные качели, лодки, столы для настольных игр. По длинным прямым дорожкам ребята катались на детских трехколесных велосипедах".
И.А. Соколянский, начиная обучение Ольги Скороходовой в харьковской школе, поставил перед собой задачу как можно раньше, хотя бы в самой примитивной форме, приучить слепоглухую воспитанницу к самонаблюдению, научить ее рассказывать о себе и своих переживаниях. Для этого, не дожидаясь, когда девочка полностью овладеет техникой письма, стали работать над ежедневным описанием событий ее повседневной жизни. Умение записывать и умение наблюдать развивались у Ольги параллельно. Она систематически возвращалась к записям собственных наблюдений и, оставляя нетронутым факт, изменяла литературную редакцию его описания по мере развития своей письменной речи. Многое всплывало в памяти и записывалось вновь. Ни один факт не был ей рассказан со стороны. Все наблюдения она вела самостоятельно и только в записанном виде показывала педагогам, но лишь для ознакомления, а не для исправления. Ее рукопись при опубликовании совсем не подвергалась редакционным правкам, ни при жизни Соколянского, ни после его смерти. После 17 лет такой работы над дневниками появился материал для первой книги Ольги Скороходовой.
Вот как сама Ольга Ивановна писала об этом: "Вначале эти записи могли читать только те, кто со мной занимался. Но по мере того, как я овладевала разговорным языком, мои записи становились все яснее и понятнее... Когда эти записи разрослись, встал вопрос об их литературном оформлении, а потом и об издании".
"...Многие записанные факты я переоформляла по 10–20 раз. Ведь одно дело – ощутить, воспринять, "осмотреть" руками предмет, это не так сложно, гораздо труднее описать этот предмет своими словами совершенно так, как я его воспринимаю, т. е. дать образ этого предмета".
"Год за годом расширялись мои записи, обогащался мой литературный язык. Читатель может верить мне или не верить – это его воля, – но знаниями и литературной речью я обязана чтению книг, и в первую очередь художественной литературе. Спасение слепого, глухонемого и особенно слепоглухонемого – в чтении".
Именно для Ольги Скороходовой начал И.А. Соколянский работу над изобретением уникальной для того времени "читальной" машины, которая должна была сделать возможным чтение слепыми обычного шрифта.
Как самая старшая воспитанница в школе слепоглухих, Ольга активно участвовала в жизни школы и даже руководила некоторыми играми и занятиями младших детей. Особой ее заботой была маленькая слепоглухая девочка Мария Сокол, которая поступила в школу в 1935 г.
По индивидуальной программе Ольга Ивановна закончила в Харькове курс средней школы и готовилась к поступлению в университет. В эти годы она начинает переписываться с известным русским писателем Максимом Горьким. Но всем радужным планам помешала свершиться Великая Отечественная война и оккупация немцами всей Украины до 1944 г. Все это время Ольга Ивановна прожила в Харькове в школе слепых и у своих учителей. Сразу после освобождения города там ее нашли родители Марии Сокол, с просьбой продолжить обучение слепоглухой дочери, которая все военное время оставалась с родителями в селе. Мария несколько месяцев жила у Ольги Ивановны, и им удалось начать восстановление забытого к этому времени чтения и письма по Брайлю. Но вскоре Ольга Ивановна переехала в Москву, где тогда уже работал ее учитель И.А. Соколянский (1889–1960), продолжила обучение и начала работать при Институте дефектологии.
В 1947 г. вышла ее первая книга "Как я воспринимаю окружающий мир". Предисловие к этому изданию было написано известным психологом А.Н. Леонтьевым, обратившем особое внимание на удивительную тонкость описаний автором различных видов своей чувствительности – осязания, обоняния, вибрационного чувства, температурных и вкусовых ощущений, которые заменяли ей слух и зрение. Особенно интересными он нашел самонаблюдения Ольги Ивановны, характеризующие целостные, сложные переживания окружающего, дополненные не только анализом своих ощущений, но и стремлением понять впечатления других, видящих и слышащих людей. Самонаблюдения О.И. Скороходовой наглядно показывали, как знания, которыми овладевает человек, способны раздвигать границы окружающего его мира. А.Н. Леонтьев также отмечал, что в этой книге видна незаурядная личность автора, раскрывающего перед читателем процесс духовного развития слепоглухого человека, его наблюдения над собой имеют особое значение для психологии.
В 1954 г. эта книга была дополнена второй частью и опубликована под названием "Как я воспринимаю и представляю окружающий мир". Эта книга была с небольшими изменениями переиздана в 1956 г. В предисловии к ней И.А. Соколянский описал многолетнюю систему работы с Ольгой, как он обучал ее наблюдать и записывать эти наблюдения.
Новый, дополненный вариант книги "Как я воспринимаю, представляю и понимаю окружающий мир" вышел в 1972 г. уже с предисловием заведующего Лабораторией обучения и воспитания слепоглухих детей НИИ дефектологии АПН СССР, где работала Ольга Ивановна, доктора психологии А.И. Мещерякова (1923–1974). В нем он подробно описывает биографию учителя Ольги Ивановны, И.А. Соколянского, и излагает свое понимание системы обучения слепоглухих, наибольшее внимание уделив первоначальному периоду их обучения. В заключение Александр Иванович возвращается к характеристике автора книги и пишет: "Велика, конечно, заслуга учителя О.И. Скороходовой Ивана Афанасьевича Соколянского, но величие его заслуги ни в коей мере не умаляет подвига О.И. Скороходовой. Она работает, она наравне со всеми другими сотрудниками пишет научные работы, отчитывается о них... И мы как–то забываем о том, что вся жизнь Ольги Ивановны – это подвиг. Подвиг, который она совершает каждый день в течение многих лет".
В предисловии к изданию 1990 г., написанном кандидатом психологических наук В.Н. Чулковым (1939–1997), под руководством которого Ольга Ивановна работала в последние годы жизни, мы находим свидетельства ее тяжелых личных переживаний, преодоления неверия в себя. Есть здесь упоминание и о сложных, постоянно меняющихся в течение жизни отношениях ее со своим учителем. "По натуре своей она была живым, открыто самолюбивым и не рассудочным человеком. Наивный расчет сочетался с интуицией, женская надежда, слабость и каприз жили рядом с детским безрассудочным эгоизмом. Победы малые и большие давались ей нелегко, а горький вкус поражений был ей также хорошо знаком...".
Мало кто знает, что Ольга Ивановна долгие годы работала над второй своей книгой "Мои наблюдения над слепоглухонемыми", которая так и осталась неопубликованной. В этой книге она подробно описывает слепоглухих детей, воспитывавшихся вместе с ней в Харьковской школе–клинике, воспитанников детского дома в Загорске (ныне Сергиев Посад), и свое общение с ныне знаменитой четверкой слепоглухих выпускников психологического факультета МГУ.
Ольга Ивановна Скороходова имела научную степень кандидата педагогических наук, до конца своей жизни работала научным сотрудником в Лаборатории обучения и воспитания слепоглухих Института дефектологии в Москве, была автором многих научных и научно–популярных статей, стихов. Часто выступала с лекциями перед студентами многих вузов СССР. Многие годы жила одна, в быту и работе ей постоянно помогали двое приходящих секретарей и время от времени – сотрудники лаборатории, где она работала. Когда ее здоровье ухудшилось, к ней переехала ее племянница, Н.В. Скороходова, которая и ухаживала за ней до самой смерти.
Ольга Ивановне Скороходова умерла 7 мая 1982 г. в Москве.
Биографию, перечень печатных работ и литературу об О. И. Скороходовой см. в кн.: Незрячие деятели науки и культуры [Текст] : биобиблиогр. указ. – М., 1976. – Т. 3, вып. 1 : Незрячие общественные деятели. Тифлологи. – С. 203–217.

Из публикаций О. И. Скороходовой

Как я воспринимаю, представляю и понимаю окружающий мир [Текст] / О. И. Скороходова ; под ред. А. И. Мещерякова. – М. : Педагогика, 1972. – 447 с. : ил. – То же. – 2–е изд., испр. и доп. – М. : Педагогика, 1990. – 416 с. : ил. – То же [Шрифт Брайля]. – М. : Просвещение, 1980. – 8 кн. – То же [Звукозапись] / читает Т. Лузкова. – М., 1973. – 4 мгф. (19 ч. 07 мин.) : 2, 38 см/с, 2 дор.

О моей книге [Текст] / О. И. Скороходова // Наша жизнь. – 1982. – № 7. – С. 33.

О формировании эстетических представлений и понятий у слепоглухих [Текст] / О. И. Скороходова // Дефектология. – 1978. – № 5. – С. 56–58.

Из публикации об О. И. Скороходовой

Апраушев, А. В. Опыт трудовой и социальной реабилитации слепоглухонемых [Текст] / А. В. Апраушев ; Всерос. о–во слепых. – М., 1976. – 88 с. – Из содерж.: об О. И. Скороходовой на с. 3, 70–71, 73.

Апраушев, А. В. Тифлосурдопедагогика : воспитание, обучение, трудовая и социальная реабилитация слепоглухонемых [Текст] / А. В. Апраушев. – М. : Просвещение, 1983. – 208 с. – Из содерж.: об О. И. Скороходовой на с. 19–20, 106–108, 128–129, 149, 153–154, 187–188.

Крылатов, Ю. Азбука чутких рук [Текст] / Ю. Крылатов ; Всерос. о–во глухих. – Л., 1988. – 69 с. – Из содерж.: об О. И. Скороходовой на с. 3–4, 8, 30.

Левитин, К. "Я прошла сквозь мрак и бури..." [Текст] / К. Левитин ; Всерос. о–во слепых.– М., 1976. – 99 с. : ил. – То же. – 2–е изд., испр. – М., 1981. – 111 с. : ил. – То же [Звукозапись] / читает В. Благов. – М., 1985. – 1 мгф. (2 ч. 35 мин.) : 2,38 см/с, 2 дор.

Леонтьев, А. Н. Об опыте обучения слепоглухонемых [Текст] / А. Н. Леонтьев // Хрестоматия по возрастной и педагогической психологии / под ред. И. И. Ильясова, В. Я. Ляудис. – М., 1980. – С. 251–254. – Из содерж.: об О. И. Скороходовой на с. 252–253.

Сироткин, С. А. Как общаться со слепоглухими [Текст] : учеб. пособие / С. А. Сироткин, Э. К Шакенова ; Всерос. о–во слепых. – М., 1986. – 80 с. – Из содерж.: об О. И. Скороходовой на с. 18, 25.

Сироткин, С. А. Слепоглухие : социально–психологическая характеристика контингента [Текст] : учеб. пособие / С. А. Сироткин, Э. К. Шакенова; Всерос. о–во слепых. – М., 1987. – 104 с. – Из содерж.: об О. И. Скороходовой на с. 43–44.

Сироткин, С. А. Слепоглухота [Текст] : классификация и проблемы : учеб. пособие / С. А. Сироткин, Э. К. Шакенова ; Всерос. о–во слепых. – М., 1989. – 86 с. – Из содерж.: об О. И. Скороходовой на с. 7, 16–24, 54–55, 80–81.

Скороходова О. И. [Текст] // БСЭ. – 3–е изд. – 1976. – Т 23. – С. 1553–1554.
Ольга Ивановна Скороходова – 90 лет со дня рождения [Текст] // Дефектология. – 2002. – № 1. – С. 94–95.

Ольга Ивановна Скороходова [Текст] : [некролог] // Дефектология. – 1982. – № 4. – С. 78–79.

Ольга Ивановна Скороходова [Текст] : [некролог] // Наша жизнь. – 1982. – № 7. – С. 32.

Скороходова, Н. Моя тетя Оля [Шрифт Брайля] / Н. Скороходова // Совет. школьник. – 1985. – № 8. – С. 41–49.

Скороходова, Н. Повесть об Ольге [Шрифт Брайля] / Н. Скороходова // Совет. школьник. – 1985. – № 11. – С. 84–111, № 12. – С. 42–58 ; 1986. – № 4. – С. 59–75, № 8. – С. 27–44 ; 1987. – № 1. – С. 50–66, № 3. – С. 37–51, № 6. – С. 27–44, № 7. – С. 31–53, № 9. – С. 54–68, № 10. – С. 35–55 ; 1988. – № 3. – С. 25–52, № 6. – С. 55–78, № 8. – С. 61–85.

Скороходова, Н. "Так парит на крыльях птица..." [Текст] / Н. Скороходова // Наша жизнь. – 1993. – № 3. – С. 18–19, № 4. – С. 24–25, № 5. – С. 18–19. – То же [Шрифт Брайля]. – № 3. – С. 96–115, № 4. – С. 144–164, № 5. – C. 101–120.